За демократическую АГС! Сайт коалиции общественных
организаций "За демократическую
альтернативную гражданскую службу"
Логотип кампании
о сайте о коалиции карта сайта поиск контакты
Национальная премия "Золотая Кувалда"
Компас призывника
МПД: Мы продолжаем движение!
Общество Возвращение
У тебя есть право не служить в армии!

Что пишут

Интервью об отмене отсрочек с Валентиной Мельниковой, ответственным секретарем Союза Комитетов Солдатских Матерей России

Дата: 13.12.2005
Источник: Эхо Москвы (радиостанция)
Тема: Отсрочки от службы в армии
Автор: Н. Болтянская


Н. БОЛТЯНСКАЯ – В нашей студии Валентина Мельникова, ответственный секретарь Союза Комитетов Солдатских Матерей России. Здравствуйте.


В. МЕЛЬНИКОВА - Здравствуйте.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Итак, большинство отсрочек от службы в армии могут быть отменены уже в январе 2006 года. Новый проект поправок в закон о воинской обязанности и военной службе может сократить основания для освобождения отсрочки от призыва на военную службу. Если закон будет принят, служить отправятся дети пенсионеров и инвалидов, многодетные отцы, сельские учителя, сотрудники силовых ведомств и оборонно-промышленных предприятий, учащиеся ПТУ и техникумов и студенты, получившие степень бакалавра. И что?


В. МЕЛЬНИКОВА - Ну что, это генеральный план Генерального штаба, чтобы каждый российский мужчина, доживший до 18 лет, непременно тут же отправлялся в казарму. Нечего там учиться, рожать детей, ухаживать за родителями. Об этом на самом деле серьезно уже невозможно говорить, потому что полтора года Минобороны и Комитет по обороне ГД и президент талдычат одно и то же: вот у нас не хватает солдат, а вот будет демографическая яма, нам нужно много солдат. Зачем? Почему? Что должны эти мальчишки делать в казармах. Почему их лишают права на обучение. Почему разваливают российскую систему среднего профессионального образования.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Ну а сами-то как думаете?


В. МЕЛЬНИКОВА - Потому что не заботятся о том, что будет. Вы знаете, у меня есть такой медицинский взгляд на это. Я очень хорошо знаю господ офицеров, которые планируют в Генштабе все проблемы по комплектованию. Они советские полковники Генштаба. Они не представляют себе другой жизни и им наплевать, что там будет. Вот эта фраза, которую я всегда повторяю, запавшая мне в душу в 90-м году: солдат - это грязь под ногами, - сказанная таким полковником, она продолжает оставаться актуальной для этих людей. Их не заботит, что будет дальше. Продолжат эти ребята по возвращению с военной службы обучение, станут ли они специалистами.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Стоп, вернутся ли.


В. МЕЛЬНИКОВА - Безусловно. Мы сейчас не берем самые тяжелые варианты. Я хочу воспроизвести эту полковничью логику. Нам что там будет неважно, мне сейчас нужны солдаты, у меня в казарме две свободные койки. Вынь и положь мне еще 4 человека. Вот и все. Ничего другого, никакой стратегии нет. И вот это безумство оно подтверждается только параллельными предложениями начальника Генштаба Балуевского о том, что нужно опять проводить слияние, разлияние, переподчинение. Мы же постоянно каждый день работаем с офицерами и с воинскими частями, штабами. И все перестановки, переливания из пустого в порожнее, которые были за эти годы, начиная с 1989 года, мы же знаем, как офицеры к ним относятся. Мы знаем, какие потери они несут, мы знаем, что выдавливают самых лучших.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Посмотрите, что еще получается. Когда говорят о том, что вся история с отсрочками она проводится как бы в компенсацию сокращения срока службы до года, сокращение срока службы может быть будет в 2008.


В. МЕЛЬНИКОВА - Может быть, будет, а может быть, и нет.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Помните, сколько было разговоров на предмет необходимости профессиональной армии. Все. Забыли. Переступили. Побежали дальше.


В. МЕЛЬНИКОВА - Во всяком случае, в тех планах, которые были представлены Балуевским, ничего не говорится о профессионализации сержантского и солдатского состава. А говорится о том, что будут, конечно, какие-то части постоянной боеготовности, которых не коснется это переливание, вот они вроде как и будут в этом время на страже родины. А остальное не волнует. Да не волнует наших генералов вообще армия и армия как таковая вообще им не нужна.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Помните, была история, "Новая газета" о ней писала про мальчика, который, поступая в аспирантуру, пошел в военкомат за документами. Его забрали в итоге, причем с тяжелыми повреждениями. А чем дело кончилось?


В. МЕЛЬНИКОВА - Я сейчас не знаю. У нас несколько было таких умных аспирантов. Мы обычно всегда говорим: ты пошли сначала кого-нибудь со своей справкой, а потом уже приходи за решением об отсрочке. Просто много. Если бы я имя знала, я может быть, сейчас вспомнила. Это не уникальный случай. И в этот призыв уже были и студенты последних курсов и аспиранты, которые тоже принесли туда свои документы.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Кто сохранит и в каком виде эти самые отсрочки?


В. МЕЛЬНИКОВА - Сохранить можно единственным путем. Я продолжаю настаивать на том, что надо, чтобы народ высказался. Единственная возможность это референдум. Я очень надеюсь, что теперешние разговоры об объединении различных оппозиционных демократических сил помогут нам все-таки этот референдум провести.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – О чем вы…


В. МЕЛЬНИКОВА - Ну а тогда на что объединение, если ничего нельзя сделать вместе. Я очень надеюсь, что, по крайней мере, 5 лидеров партий, которые вчера говорили о необходимости единого какого-то либерального лагеря, что они понимают, их партии если они не будут думать о будущем и о молодежи, то они вообще ничто. Они никому просто не нужны будут.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Наталья задает вопрос: "Интересно узнать, что за фокус с бакалаврами. Эдак любого студента 4-го курса можно объявить бакалавром и загрести его в армию, не дав ему доучиться и получить полноценный диплом. К тому же именно в этой стадии прерывать обучение, когда человек профессионализируется, значит зачеркнуть все предыдущие 4 года".


В. МЕЛЬНИКОВА - Бакалавры уже страдают, если они имеют глупость идти на военную кафедру.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – А если не идут?


В. МЕЛЬНИКОВА - Если не идут, пока это еще непрерывный процесс. Дело в том, что закон о высшем послевузовском образовании он наверняка тоже будет изуродован и сейчас процесс бакалавриат, магистратура он непрерывный процесс. А тут их заставят отчисляться и все. Раз отчислился, процесс закончен.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – А история с использованием этих самых бакалавров по назначению она тоже…


В. МЕЛЬНИКОВА - Да не нужны они по назначению. Я вам говорю, что, к сожалению, на военной службе сейчас разумные образованные ребята практически нигде не востребованы. Мне очень забавно, даже в отношении простой вещи, санинструктор. Ну, логично, если это буде или мальчонка, которого вышибли с медицинского с третьего курса, или окончивший медицинское училище. Нет, они мальчишку каменщика отправляют на курсы санинструкторов. А ребята со средним медицинским образованием то ли в стройбате, то ли в десанте.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Мы из вас интеллигентную дурь-то повыбьем. Так?


В. МЕЛЬНИКОВА - Это тоже. Но понимаете, идиотизм последних дней уже даже меня заставляет усомниться, что здесь есть какая-то идеологическая подкладка. Просто какие-то клинические глупые совершенно идеи.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – И что делать? Я думаю, что на этот вопрос вы будете отвечать сразу после выпуска новостей.


НОВОСТИ


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Так вот на вопрос "что делать" вы один раз ответили: референдум. Да не дадут вам его провести.



В. МЕЛЬНИКОВА - Знаете, нам много чего дают комитетам "Солдатских Матерей". Но, тем не менее, постепенно все удается. За нами в принципе здравый смысл. Но есть еще рекомендация каждой семье отдельно. Я и у вас говорила в передачах и других, мы повторяем это каждую неделю на собраниях, запомните, дорогие российские граждане, что ваши сыновья, дожившие до 18 лет, не отвечают медицинским требованиям, которые предъявляет наше же расписание болезней к тем, кто должен идти на военную службу рядовым. Вот этот позор российского здравоохранения он есть. Другое дело, что мало кто из семей осознает, что сыновья имеют огромные провалы в здоровье и надо это дело как-то, по крайней мере, задокументировать.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Скажите, пожалуйста, вот Минобороны планирует увеличить ежегодный призыв в два раза. Это что, на улицах будут ловить?


В. МЕЛЬНИКОВА - Будут ловить на улицах, а потом ведь раз снимаются отсрочки по учебе, это приблизительно 40% от ребят призывного возраста, не прошедших службу. Вот еще кусочек. Потом я думаю, что очень сильно рассчитывает Генштаб на тех, у кого родители пенсионеры и инвалиды. Хотя отмена отсрочки для таких ребят это грубое нарушение российского законодательства, Семейного кодекса и международного законодательства, поскольку дети обязаны оказывать уход, помощь и содержание родителям престарелым, то есть пенсионного возраста по старости или больным.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Все это очень миленько, Валентина Дмитриевна. Но вот я цитирую. "Поправки торопит президент. Так что никто не станет спорить с главой государства", - заявили в Министерстве обороны. Что вы на Генштаб все время киваете?


В. МЕЛЬНИКОВА - На самом деле, к сожалению, наш президент Путин информацию, которую ему поступает из Минобороны, не проверяет. Минобороны всегда с удовольствием ссылается на президентов. Когда-то ссылалось на Горбачева, потом на Ельцина, для того чтобы этим ссылками прикрыть свои собственные планы. Я не знаю на самом деле, что думает по поводу этого законопроекта Путин. Я вполне допускаю, что он его не видел. Хотя в прошлом году он был выдвинут от имени президента. Я думаю, что он совершенно не представляет социальных последствий того, что планирует Минобороны. Ну а то, что вояки всегда говорят, что мы тут ни при чем, вообще не мы все это разрабатываем, мы в стороне и белые и пушистые, это тоже нормальная их позиция.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – А вот что касается, я цитирую: реформа вооруженных сил, цель которой выстроить структуру так, чтобы было удобно бороться с террористической угрозой, исходящей с Запада, Востока и Юга".


В. МЕЛЬНИКОВА - Я думаю, что вот это создание трех группировок вместо существующей системы военных округов, это игры, пока я вижу вокруг бюджета. Потому что любая реорганизация особенно на уровне управленческом в Минобороны, она связана с огромным количеством увольняемых, перемещаемых, различных выплат, всего остального. Потому что никакого толка в этом нет. С трудом недавно устаканенная система военных округов сначала слили Приволжский и Уральский, потом разлили, переместили Сибирский туда, Дальневосточный оттуда. А что теперь? Надо строить новые города, прокладывать новую военную связь. Надо что делать? Это же безумные деньги. Фраза, на которую ссылаются журналисты, что никаких денег не надо, говорят военные, это на самом деле брехня. Потому что все эти реорганизации чрезвычайно затратные. И проверить, что происходит… А, кроме того, прекрасная вообще предвыборная история. Возможно, что к выборам президента очень жестокий закон об отмене отсрочек и о том, что срок службы остается два года, будет смягчен. На очередной броне очередного танка очередной верховный главнокомандующий подпишет очередной указ: нет, ребята, все хорошо.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Все свободны.


В. МЕЛЬНИКОВА - Все будет нормально. Будете учиться, вы, инвалиды, не останетесь без ухода. Единственное, что могло бы частично, я говорю уже не от себя, а просто как рассуждающий политик, могло бы компенсировать российским семьям потерю кормильцев на время службы, это выплаты им соответствующих пенсий по потере кормильца. И мы много лет эту идею продвигаем. Причем на самом деле, даже если они не включат это в закон, это всегда можно добиться по суду. И маленький ребенок, и оставшаяся на сохранении в больничке беременная жена и родители-пенсионеры. Все они могут требовать от государства - хорошо, забрал кормильца, отдай деньгами и плати мне каждый месяц. Это тоже выход.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Обратите внимание, на сегодняшний день в законе осталась лазейка для откоса. "Право предоставления справки о необходимости ухода за больными родителями будет у органов госслужбы медико-социальной экспертизы".


В. МЕЛЬНИКОВА - "Коммерсантъ" не прав. На самом деле это положение есть и сейчас. Потому что существуют ситуации, когда человек уже нуждается в уходе, но еще не получил инвалидность. У нас же получение инвалидности история достаточно долгая. Нормально работает медико-социальная экспертиза. Справки выдают как надо. Надзор за ними очень жесткий по этим вещам. Это и сейчас работает. Но тут сами семьи могут, у нас была история, когда в Ярославской области парень, которого призывали, который был опекуном душевнобольной тетушки своей, он получил повестку и подал в суд. Я являюсь опекуном, меня призывают, человек остается без опеки. Больше никого нет. Будьте добры, деньги назначайте и все. Они сочли за благо оставить ему отсрочку.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Но вот опять же скажите, пожалуйста, как это все реально будет происходить, если они все это дело прокрутят?


В. МЕЛЬНИКОВА - Плохо будет происходить. Во-первых, часть моих товарищей по правозащитному лагерю лишится такого проекта как мониторинг соблюдения закона при призыве. Я уж тут во все лагеря хочу стрелы запустить. Потому что призыв вообще не может проходить по закону никакой. Но зато с отменой отсрочек ситуация очень упрощается и для военкомов и для глав администраций.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Попал в этот возраст, все.


В. МЕЛЬНИКОВА - Да, единственное, что здоровье, поэтому мы и говорим, обращайте внимание… Ведь там история с годом службы возможным, она чревата еще одним осложнением, о котором нам напомнили в первую очередь офицеры. Они говорят: хорошо, с весны 2008 года будут призывать на 12 месяцев. А осенью 2007 на два года. У нас понимаете, солдаты, которых призвали раньше, и которые будут увольняться после тех, кого призвали на год. Мы, говорят, уже играли один раз в такую игру, я помню, у нас было такое, когда сокращали сроки службы. Но мы, говорят, больше не хотим этого. Так что это лишние конфликты.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – То есть дедовщина будет усугублена до…


В. МЕЛЬНИКОВА - Знаете, это даже не дедовщина. Это совершенно естественная обида человека, которого заставляют выполнять работу дольше и тяжелее, чем другого такого же человека. Единственное, что ему повезло, что он родился на полгода позже. Явно несправедливо. Об этом вообще никто не думает. И вообще никто не заикается. Я так полагаю, что ни господа в думе, что Безбородов и Заварзин не думают о молодежи, о конфликтах в войсках. Это понятно. Но я так понимаю, что и Минобороны и Генштаб об этом не думает там есть целое управление по работе с военнослужащими. Ну и как вы будете с ними работать? Или они надеются, что их уволят по возрасту наших полковников и генералов в Генштабе и расхлебывать эту кашу придут другие люди. Так же как 2008 год с точки зрения президента, какой президент будет расхлебывать вот эти конфликты, я не знаю, внутри воинских частей. Но то, что офицеры, узнав сейчас об этих сливаниях, разливаниях, кто сможет, будет уходить и им потребуются единовременные выплаты, жилье, это будут чудовищные расходы. Я не вижу никакого смысла. Вижу только единственное – увести побольше денег из госбюджета за 2006, 2007 и частично за 2008 год.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Теперь несколько слов о запрете, о закрытии военных кафедр. О запрете сказала, извините…


В. МЕЛЬНИКОВА - Ну, бог с ними. На самом деле военные кафедры давно пора закрывать. Потому что…


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Но ведь раньше было более-менее понятно…


В. МЕЛЬНИКОВА - Это было очень раньше. Это было в советское время, но даже в 1973 году Бауманка, например, служила офицерами, черт знает где, черт знает в каких условиях. У меня просто кузен был. Что такое военная кафедра. Это мобилизационный резерв, для того чтобы воевать с НАТО и США одновременно. Вот нам нужно 10 млн. войск развернуть, нам нужно, чтобы были лейтенанты взводные. Вот нужно. Потому что ведь сейчас призывают, практически пытаются призвать всех. Военкомы пускаются на такую хитрость. Они рассылают повестки веером, пишут вот эти анкеты на представление к призыву на всякий случай. Там уже конечно в Генштабе они немножко это дело разделяют, кого-то призывают, кого-то нет, но у военкома всегда появляется возможность вместо одного лейтенанта прислать другого. Это тоже есть. И реально получается, что никто не знает, не может быть уверен, что он будет дальше работать и даже не может быть уверен, что если его лейтенанта призывают, он будет служить по своей специальности. Есть хитрый ход. Вроде бы по своей военно-учетной присылают, проходит полгода, у них же такая же учебка получается офицерская. А через полгода издается приказ, и пошел в Чечню. Куда, кто ты там, кому ты нужен. И вот ребята прибегают к нам с вытаращенными глазами. Поэтому военная кафедра она…


Н. БОЛТЯНСКАЯ – В случае сокращения срока до года, ведь первогодков, по-моему, не имеют право посылать служить…


В. МЕЛЬНИКОВА - Ну почему же, 6 месяцев и вперед.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Ну понятно. Студент, который не прошел военную кафедру, отказался, он в каком положении?


В. МЕЛЬНИКОВА - Призывают по окончании 12 месяцев рядовым. Тоже очень плохо, он шибко умный для воинских частей. И для прапоров и для офицеров и для сослуживцев. Тоже тяжелые конфликты. Если у него нет права на отсрочку, естественно он уходит в войска. Таких порядочно.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – А как вы считаете, какова вероятность того, что эти поправки пройдут, утвердят, все будет хорошо.


В. МЕЛЬНИКОВА - 50:50 пока. Потому что нам полтора года удавалось отбиваться с помощью журналистов, политиков. Я надеюсь, что мы еще год продержимся, а там начнутся выборы в ГД.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Вот Гуля из Казани задает вопрос. "Можно ли засыпать приемную президента тысячами писем матерей?"


В. МЕЛЬНИКОВА - Эх, в приемной президента писем не читают. Нацболовский поход завершился приговором. И 8 человек в заключении. Вы знаете, у меня ощущение, что сейчас к властям можно обращаться только с позиции такой массы и с позиции неопровержимой юридической. Скорее не столько может быть явной внутри России, сколько понятной из Совета Европы, например. Или понятной, например, инвесторам зарубежным. Вот с этих позиций. Вот закон о некоммерческих организациях, тот тарарам, который поднялся, он частично заставил задуматься. А ведь такая же логика была, только логика была эфэсбэшная. Если тут Минобороны заказывал, то там ФСБ. Вот нам так надо и все.


НОВОСТИ


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Начинается наш "Рикошет". Мы задаем вам следующий вопрос. Будет ли способствовать отмена отсрочек от службы в армии укреплению безопасности России?

РИКОШЕТ


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Есть у нас телефон 203-19-22 и у вас есть возможность высказать свое развернутое, аргументированное, подчеркиваю, мнение. Алло. Здравствуйте.


СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Надежда, Санкт-Петербург.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Вы каким боком заинтересованы в этой теме?

СЛУШАТЕЛЬ – Я тем, что у меня племянник, который пошел работать в милицию, для того чтобы не служить в армии.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Ну так вы как считаете?


СЛУШАТЕЛЬ – Нет, конечно. Я считаю, что главная опасность у нас исходит от президента.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Понятно. Надежда, круто. Что скажете, Валентина Дмитриевна?


В. МЕЛЬНИКОВА - История с призывом милиционеров, пожарных это уже идиотизм на самом деле. И насчет опасности от президента, в общем, в принципе есть именно то, что, к сожалению, Путин не проверяет ту информацию, которая поступает. Он не очень хорошо представляет, что происходит и каковы последствия тех законов, которые он подписывает.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Алло. Здравствуйте.


СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте. Елена из Москвы. Вы знаете, я исключительно как будущая мать и как человек немножко представляющая себе нашу историю. Все как всегда. Как всегда решение за счет самых низших, самых беззащитных. Как всегда решение за счет пушечного мяса. По-другому, такое ощущение, что у нас государство…


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Может быть, наоборот, причешут всех под одну гребенку, сократят сроки службы и страна будет обороноспособная аж до зубов.


СЛУШАТЕЛЬ – Вот на этот счет я сильно сомневаюсь. Потому что опять-таки подметут всех под одну гребенку, вот этих несчастных мальчиков молоденьких, которые ничего не умеют еще, не знают, вы представляете при современном уровне вооружения какими знаниями и умениями надо обладать. А они будут опять строить генеральские дачи.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Посмотрите на этих мальчиков, тоже среди них всякие есть. Но иногда смотришь, кровь с молоком. Каждый день в качалку ходит, мышцы у него выше крыши. Ничего, может…


СЛУШАТЕЛЬ – Вы знаете, я сама бывший преподаватель, у меня были студенты 21 года. Грустная картина. То есть, может быть, они и созреют для службы в армии, может быть лет через 5, когда они и за себя смогут постоять и тому подобные вещи.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Спасибо, Елена. Прозвучавшее мнение нашей слушательницы - лет через 5.


В. МЕЛЬНИКОВА – Есть, конечно, рассуждения о том, что нужно повысить срок службы по призыву, люди уже более взрослые и физически и морально. И имеющие какую-то профессию, жизненный опыт. Если бы об этом начинали говорить 15 лет назад и что-то начали делать, у нас давно была бы профессиональная армия. Потому что взрослому легче. Он уже что-то за спиной имеет, уже может выбирать, годится ему военная служба, хочет он ее продолжать или нет. И он не возвращаются на пустое место, на то пепелище, на которое сейчас возвращаются мальчишки, призываемые в 18-19 лет. Профессии нет, работы не было, никаких гарантий нет, учиться он не может, года два он полностью исключен из процесса обучения, потому что у него мозги промыты начисто. Надо как-то зарабатывать, и начинаются поиски самой низкооплачиваемой работы. Мы просто видим это каждый день, что происходит с ребятами. А сейчас еще новая история. Ведь сейчас есть специальная инструкция МВД, по которой после призыва по спискам военного комиссара ребят снимают с регистрации по месту жительства.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Это что такое?


В. МЕЛЬНИКОВА - Это есть такая инструкция МВД, часть военных комиссаров и часть паспортных столов, к сожалению, это делают. А когда парень возвращается, он должен заново обычным порядком снова регистрироваться. Подать заявление, где должно быть согласие всех совершеннолетних членов семьи, а они не хотят, а они квартиру уже продали. А они ее пропили, а они умерли. У нас в прошлом году уже было несколько таких тяжелых условий, но, слава богу, вроде как-то удалось урегулировать. Но у нас теперь пойдут бомжи еще.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – 203-19-22. Здравствуйте.


СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день. Владимир. Я считаю, что да, будет способствовать.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Вот, пожалуйста, развернуто поясните свое мнение.


СЛУШАТЕЛЬ – Потому что наконец-то будут призывать всех. Не нужны эти все отсрочки, кормилец, поилец, это не имеет никакого смысла.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Почему?


СЛУШАТЕЛЬ – Потому что это бред.


В. МЕЛЬНИКОВА - Вы сирота?


СЛУШАТЕЛЬ – Нет, я не сирота.


В. МЕЛЬНИКОВА - А кто ухаживает за вашими престарелыми родителями или бабушкой?


СЛУШАТЕЛЬ – За своими родителями я ухаживаю сам.


В. МЕЛЬНИКОВА - А если вы будете служить в армии?


СЛУШАТЕЛЬ – А у меня еще братья и сестры. Если у кого-то…


В. МЕЛЬНИКОВА - А у кого нет братьев и сестер.


СЛУШАТЕЛЬ – А у кого нет, их матерям надо было вовремя рожать.


В. МЕЛЬНИКОВА - О, какой.


СЛУШАТЕЛЬ – Я больше скажу. Надо призывать еще и женщин, потому что больше всего у нас каркают по этому поводу женщины.


В. МЕЛЬНИКОВА - Что женщин надо призывать, я с вами согласна. Мы об этом талдычим уже 15 лет.


СЛУШАТЕЛЬ – Вот, вот потому что больше всего у нас судят об армии те люди, которые там не просто не служили, а вообще они ничего не понимают.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – По-моему, это камешек в ваш огород, Валентина Дмитриевна.


В. МЕЛЬНИКОВА - Хотела бы я, чтобы я ничего не понимала, хотела бы я не видеть в течение 16 лет…


СЛУШАТЕЛЬ – У вас есть дети?


В. МЕЛЬНИКОВА - У меня есть дети.


СЛУШАТЕЛЬ – Они служили в армии?


В. МЕЛЬНИКОВА - Нет, мои дети…


СЛУШАТЕЛЬ – Значит, они благополучно откосили…


В. МЕЛЬНИКОВА - Мои дети они по закону не служили. Но я каждый день…


СЛУШАТЕЛЬ – У нас такие замечательные законы.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Владимир, давайте вы дадите высказаться оппоненту. Вы свое мнение высказали.


В. МЕЛЬНИКОВА - Каждый день все наши комитеты видят этих ребят и родителей, у которых ребят призвали незаконно, и вместе с военными пытаются восстановить законные права, понимаете. Вот в чем дело. А вы рассуждаете просто как не очень добрый человек, к сожалению. Мне плохо, и пускай остальным будет плохо.


СЛУШАТЕЛЬ – А чем собственно плохо? Я служил в армии, я замечательно себя чувствую. Я окончил университет после того, как отслужил. Я хорошо устроился на работу, у меня хорошая семья.


В. МЕЛЬНИКОВА - Вам повезло. Но, к сожалению, таких один из 10 тысяч.


СЛУШАТЕЛЬ – Почему? Вот потому что такие матери как вы воспитывают соплежуев, которых и в реальной жизни будут всегда опускать и в армии, и в любом другом месте.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – То есть наш уважаемый слушатель считает, что армия как школа жизни нужна каждому представителю сильного пола, да еще и слабого. Пока мы обсуждали эту животрепещущую тему, завершено наше голосование. И надо сказать, что тех, кто согласен с Владимиром, набралось 9%. 91% считают, что отмена отсрочек от службы в армии не будет способствовать укреплению безопасности России. И позвонило нам за несколько минут 3576 человек. Валентина Дмитриевна, короткий комментарий.


В. МЕЛЬНИКОВА - Очень здравые рассуждения. Я поняла, что люди действительно думают о безопасности. Потому что безопасность складывается из разных вещей. В том числе 91% слушателей понимает, что важно, чтобы были люди созидающие, а не проедающие в казармах бюджет без всякой пользы. Потому что количеством солдат обороноспособность России никак не может быть утверждена. Безопасность это совсем другое понятие, которое включает в себя и повышение рождаемости, и социальную защиту людей пожилых и вообще нормальную семью и нормальную жизнь людей. А необязательно казарму.


Н. БОЛТЯНСКАЯ – Я благодарю нашу гостью – ответственного секретаря Союза Комитетов Солдатских Матерей России Валентину Мельникову.


В начало | Новости | Что пишут | Библиотека | Организации | Ссылки | Для призывников | Для экспертов | О сайте | Коалиция | НВП в школе


© Центр развития демократии и прав человека, 2001-2018. Все права защищены
Сайт поддерживается Общественной инициативой «Гражданин и Армия»

Темы: