За демократическую АГС! Сайт коалиции общественных
организаций "За демократическую
альтернативную гражданскую службу"
Логотип кампании
о сайте о коалиции карта сайта поиск контакты
Национальная премия "Золотая Кувалда"
Компас призывника
МПД: Мы продолжаем движение!
Общество Возвращение
У тебя есть право не служить в армии!

Что пишут

Военный совет

Дата: 04.04.2009
Источник: Эхо Москвы (радиостанция)
Тема: Призыв
Автор: Бунтман Сергей , Ермолин Анатолий,

С. БУНТМАН: Добрый день. Начинаем очередное заседание «Военного совета». Анатолий Ермолин, добрый день.
А. ЕРМОЛИН: Добрый день.
С. БУНТМАН: И Сергей Бунтман. У нас в гостях Евгений Бурдинский, начальник направления призыва Главного организационно - мобилизационного управления Генерального штаба ВС РФ, генерал-майор. Здравствуйте, Евгений Владимирович.
Е. БУРДИНСКИЙ: Добрый день.
С. БУНТМАН: И у нас рядовые Евгений Лохаткин и Иван Арефьев. Говорим о призыве. Призыв начался, он длинный и обширный. Триста пять тысяч призывников должны призвать. Почему такая цифра, Евгений Владимирович?
Е. БУРДИНСКИЙ: Если быть точнее, указом президента определено призвать 305560 человек. Именно это количество граждан и будет призвано весной текущего года. Почему именно эта цифра? Увеличение произошло значительное. Если осенью мы призывали 219 тысяч, и весной прошлого года мы призывали 133 тысячи, объясняется очень просто. Первое – мы перешли на годичный срок службы, начали мы переход в прошлом году, однако в этом году у нас увольняется весной одновременно полуторагодичники и годичники.
С. БУНТМАН: И всего это составляет сколько?
Е. БУРДИНСКИЙ: Общее количество увольняется в пределах 280 тысяч человек. Но призываемых больше потому, что мы выравнивали личный состав, т.е. призывали не по 100%, чтобы пополнить военную организацию государства рядовым и сержантским составом. Чтобы не получалось там, что 70% одновременно будет увольняться, останется 30% части одного призыва. О какой боевой готовности можно говорить? Это называется одновременность распределения военнослужащих одного призыва. Это первая причина. Вторая. У нас происходит по новому облику, т.е. увеличение количества рядового и сержантского состава. Именно этим можно объяснить столь значительное увеличение объёма призыва, т.е. до 305560 человек.
С. БУНТМАН: Куда нужны в основном? Где нужны именно призывники, призывная армия где нужна? Что комплектуется призывниками?
Е. БУРДИНСКИЙ: В призывниках у нас есть потребность и в федеральных органах исполнительной власти, не только, где предусмотрено законом о военной службе, не только в вооружённых сил, т.е. в Министерстве обороны, но и в других федеральных органах исполнительной власти, что предусмотрено федеральным законом о воинской обязанности. Если говорить о вооружённых силах, то у нас есть ряд соединений и частей, комплектуемых только контрактниками, т.е. там проходят службу только контрактники. Есть ряд соединений и частей, которые комплектуются по смешанному принципу, при этом контрактники набираются на должности, которые определяют боевую способность этой части. Для чего это делается? Чтобы эта часть могла оперативно выполнять задачу, и боеготовность ни в коем случае не улучшалась.
Все понимают, что если человек проходит службу по контракту, это как минимум, в течение трёх лет, или пять лет он заключает контракт. Его мастерство и освоение военно-учётной специальности будет значительно выше, чем у молодого человека, который только пришёл по призыву для прохождения службы. По трём направлениям мы осуществляем призыв. И приходят контрактники в другие части, если кто-то изъявил желание, он приходит и у него есть желание пройти службу по контракту, определяется должность, военный комиссариат оформляет документы, проходит он отбор, профессионально-психологический отбор, состояние здоровье обследуется, и направляется в эту часть для прохождения службы.
А. ЕРМОЛИН: Из того, что Вы сказали, практически следует, что ребята, которые будут призываться на один год, в основном будут использоваться во вспомогательных подразделениях, в обслуживающих. А когда они будут учиться родину защищать?
Е. БУРДИНСКИЙ: Такого я не говорил, что во вспомогательных.
А. ЕРМОЛИН: Вы сказали, что части боеготовности будут комплектоваться из контрактников. То есть, резонный вопрос, он не только из Вашего или какого-то другого вывода вытекает, а из того, что за год действительно нельзя подготовить профессионала, которого завтра можно в бой бросать. Складывается такое впечатление, что эта огромная масса призывников, которая придёт в вооружённые силы, в основном займут именно такие должности, не связанные с реальным повышением боеготовности вооружённых сил РФ.
Е. БУРДИНСКИЙ: Для того, чтобы не вводить никого в заблуждение, у меня присутствуют здесь военнослужащие, которые проходят службу по призыву, я думаю, что они меня дополнят и объяснят, на каких должностях они проходят службу. Это подтверждает то, что я буду доводить до всех.
С. БУНТМАН: Тогда Евгений Лохаткин. Вы когда призвались и где служите?
Е. ЛОХАТКИН: Я призвался в июне 2008 года. Служу я в 27-ой отдельной Гвардейской мотострелковой Краснознамённой Севастопольской бригаде. Я служил в роте связи на должности начальника радиостанции.
С. БУНТМАН: Начальник радиостанции.
Е. ЛОХАТКИН: Так точно.
С. БУНТМАН: А звание рядовой.
Е. ЛОХАТКИН: Да. Первую часть своей службе я проходил в Ковровском учебном батальоне связи, т.е. прошёл учебку, где получил должность радиотелеграфиста третьего класса. И уже в этой должности приехал в войска. Здесь был поставлен на должность начальника радиостанции. И моя непосредственная задача – обеспечение связи, т.е. что я непосредственно и делаю. Три раза, три последние месяца я ездил на полевые выезды, где я, моя машина, мой экипаж, обеспечивал связь на танковых учениях, т.е. связь командного пункта и танках на дорожках, которые выезжали и стреляли в поле.
С. БУНТМАН: Но это вполне реально.
А. ЕРМОЛИН: Это хороший пример правильного задействования. Без связи невозможно воевать.
С. БУНТМАН: Пытались. Не получилось.
А. ЕРМОЛИН: А на гражданке, до призыва, Вы были как-то связаны с радиотехникой?
Е. ЛОХАТКИН: Да, я закончил Владимирский Государственный Университет в 2008 году.
А. ЕРМОЛИН: У Вас высшее образование?
Е. ЛОХАТКИН: Так точно. Факультет информационных технологий. И это мне действительно помогло, потому что знания электроники, электротехники помогают при работе с радиостанциями.
А. ЕРМОЛИН: А вот мы Вас сейчас попытаем. Скажите, пожалуйста, вот наши радиостанции соответствуют тому уровню средств связи, которые Вы видите и знаете, как выпускник Университета, и как человек, точно понимающий, что происходит с современными ай-ти технологиями?
Е. ЛОХАТКИН: Вот в моей машине установлены радиостанции Р-163-50У.
С. БУНТМАН: На кого Вы работаете, Ермолин? Что мы сообщаем сейчас?
А. ЕРМОЛИН: Всю военную тайну рассказали.
Е. ЛОХАТКИН: Но сейчас уже появились радиостанции пятого поколения. Я думаю, что в ближайшее время они будут применены в войсках.
С. БУНТМАН: Евгений Владимирович, то, что нам сейчас рассказал Евгений Лохатнин – это попадание. У человека высшее образование, он по специальности своей попадает. Это удачная вещь. Насколько это распространено? Потому что у нас среди вопросов, вот человек у нас пишет…
А. ЕРМОЛИН: Огромное количество.
С. БУНТМАН: Да, что попадают совершенно, на его взгляд, да, его призвали, он выполняет свой долг, он обладает какой-то специальностью именно полезной для вооружённых сил. А он начинает заниматься бог знает чем: строительством, копает. И это всё удручает человека, который пошёл служить. С радостью, не с радостью – это другой вопрос. Но если уж пошёл служить, то как Евгений, заниматься если не впрямую своим делом, то делом полезным.
Е. БУРДИНСКИЙ: Не просто занимаются строительством, а строительством дач. Я думаю, что этот пример для того, чтобы материал передавали в прокуратуру. Если бы было конкретно сказано, мы бы уже осуществляли соответствующую проверку и выясняли. Эти примеры показывают оборотную сторону не медали, а именно службы нашей. К сожалению, такие случаи, если они встречаются, они единичные, они не свойственны для всех вооружённых сил, потому что у нас Министерство открыто в этих вопросах, и мы контактируем с общественными организациями для того, чтобы эти негативы не допускать. С прокуратурой у нас организовано очень тесное взаимодействие с какой целью?
Первое – уйти от таких примеров. Министр обороны снимает с должностей, независимо от ранга этого должностного лица, кто использует своё служебное положение, направляет военнослужащих по призыву или контракту для строительства дач. У нас прокуратура даже возбуждает уголовные дела, если кто-то злоупотребляет.
С. БУНТМАН: Есть такие уголовные дела за последнее время?
Е. БУРДИНСКИЙ: У нас восемь уголовных дел возбуждено в отношении соответствующих должностных лиц.
С. БУНТМАН: Те, которые использовали…
Е. БУРДИНСКИЙ: В том числе и кто использовал военнослужащих. У нас очень жёсткий в этом подход. Я хочу сказать, что подходы многих командиров, кто таким злоупотреблял, они уже изменились по отношению к военнослужащим. Всё меньше и меньше таких случаев бывает. Может быть это несколько лет тому назад было, или это кто пришёл позже.
С. БУНТМАН: А куда писать, если человек столкнулся с таким? Куда? В прокуратуру?
Е. БУРДИНСКИЙ: В прокуратуру, в Министерство обороны обратиться. Мы будем принимать оперативные меры. Мы не хотим, чтобы наши указания и то, что мы сейчас доводим до радиослушателей, оказалось блефом. Мы хотим, чтобы это оказалось реальным.
С. БУНТМАН: Как в сегодняшнем случае парня защитить, если используют его командиры не так, как надо? Потом будет принято решение, может быть даже дело будет возбуждено, Министерство этим займётся. Но он служит на месте сейчас. И вот если просочится, что от него идёт информация, понятно, что будет. Как защитить его?
Е. БУРДИНСКИЙ: В каждой войсковой части находятся телефоны прокуратуры, они известны для всех. Это что касается прокуратуры. Что касается руксостава, то в каждом военном округе и у нас в Министерстве обороны работает приёмная. Можно обратиться туда, и всю эту информацию довести. Письменно изложить, показать конкретно войсковую часть, указать адрес, куда привлекаются. Приедут туда соответствующие должностные лица для наведения порядка. Поверьте, это действительно так делается, независимо от нашей нагрузки и задач, которые стоят перед нами.
Что касается предназначения военнослужащих в соответствии их с военно-учётной специальности. При переходе на один год мы во всех указаниях, руководящих документах начальника Генерального штаба, в том числе Министра обороны, даём указание перед каждым призывом о том, что бы использовали навыки и знания, полученные гражданином до его призыва. То есть, ребят с высшим образованием, мы указываем при распределением задания, определяем в войсковые части конкретные, куда их направить. Это там, где применяется высокотехнологическое оборудование и вооружение по последнему слову техники.
В первую очередь – военно-морской флот, военно-воздушные силы, инженерные части, части связи и конечно же военно-медицинские учреждения.
С. БУНТМАН: А если у человека высшее образование, но не техническое, если у него гуманитарное образование?
Е. БУРДИНСКИЙ: Продолжаю. Это мы говорили о тех, кто имеет специфику. Если же он юрист, например, гуманитарный профиль, педагог, учитывая его интеллектуальные возможности, мы направляем их в учебное подразделение. Яркий пример, хотя он и имеет высшее образование, он прошёл подготовку в учебном подразделении, и база данных, которую он имел, дополнили знаниями по военно-учётной специальности. Молодой человек прекрасно освоился. И он уже не просто на должности рядового, он на должности младшего сержанта, начальник радиостанции.
С. БУНТМАН: Вы призывались на полтора года?
Е. ЛОХАТКИН: На год.
С. БУНТМАН: Вы сейчас будете увольняться.
Е. ЛОХАТКИН: Через 2,5 месяца.
С. БУНТМАН: Кстати, по срокам есть вопросы. Очень интересные.
Е. БУРДИНСКИЙ: И ещё, если можно, несколько слов по поводу высшего образования. Ребят с высшим образованием мы направляем ещё непосредственно в войска, и в учебной части они учатся на сержанта. Учитывая их педагогические навыки, т.е. у них гуманитарный профиль, это человек, который может легко и просто, доходчиво довести до любого военнослужащего то, что необходимо исполнять.
С. БУНТМАН: Насколько добровольно существует продолжение военной службы? Потому что мы много слышим и читаем, и опасаемся того, что понятно, что заинтересованы в том вооружённые силы, чтобы человек продолжил службу и перешёл бы на контракт. С этим существуют тоже злоупотребления. Как вы следите за тем, чтобы не было злоупотреблений? Принудительного подписания контрактов.
Е. БУРДИНСКИЙ: В настоящее время у нас 190 тысяч военнослужащих, проходящих службу по контракту. Что касается злоупотреблений, то, что мы даём указания – это одно. А вообще, этим занимается прокуратура. Мы не сторонники того, чтобы человека принуждать, если он пришёл на службу по призыву и заставлять человека подписывать контракт, я думаю, что каждый согласится, что не будет он соблюдать добросовестно обязанности. Не будет. Поэтому мы не сторонники этого. Мы не гонимся. Даже учитывая то, что экономический кризис, мы понимаем, мы, всё-таки, при этом говорим об отборе. И позиция руководящего состава Министерства обороны и лично Министра обороны – отбирать на контракт. Гнаться не за количеством, а именно за качеством. Даже во времена экономического кризиса.
А. ЕРМОЛИН: Может быть, немножко назад вернусь в нашем разговоре. Мы сейчас уже проговорили тему о том, что у нас количество офицеров резко сокращается, количество рядового сержантского состава значительно расширяется. Но что из этого следует? Итак, складывается мнение, что не очень уж мы умеем контролировать казарму и то, что там происходит. И мы знаем, что многие офицеры перекладывают это на старослужащих. Нет ли здесь такого противоречия, что самое узкое место – это как раз казарма и отношения внутри казармы. Мы сокращаем офицеров, и мы увеличиваем наполняемой той же самой казармы.
Е. БУРДИНСКИЙ: В казарме будет увеличено количество состава. Увеличение личного состава, от рядового до сержантского происходит за счёт частей. Части будут все постоянной готовности. У нас не будет кадрированных. Сокращается количество этих офицеров, где были просто кадры, а все части будут развёрнуты. Поэтому идёт ограничение рядового сержантского состава.
С. БУНТМАН: К какому времени вы хотите достигнуть этого?
Е. БУРДИНСКИЙ: В этом году. Всё поэтапно. У нас есть ряд частей, которые не переходят на новую базу, т.е. с городка, где они были, они там же остаются. Должны быть организационно-штатные мероприятия до 1 июня. Что касается других частей, которые будут менять места дислокации, менять городки – это до конца текущего года. И что касается того, чтобы был контроль именно в казарме. Именно поэтому у нас с этого года начала реализацию новая федерально-целевая программа, это набор плавсостава военно-морского флота и сержантов по контракту. Именно с этого года.
Учитывая то, что сержант должен быть новой формации, нового поколения, мы надеемся, что сержант, который будет находиться, как дядька, постоянно с этими призывниками, передавать свой опыт, за счёт этого мы будем компенсировать сокращение офицерского состава.
А. ЕРМОЛИН: Где ж мы брать будем этих сержантов-дядек?
Е. БУРДИНСКИЙ: Страна у нас одна. Те люди, которые живут в этой стране, только они и могут придти.
А. ЕРМОЛИН: Я и говорю, что качественно новых откуда взять?
Е. БУРДИНСКИЙ: Мы переходим к новому направлению. Сержанты будут готовиться по трём направлениям. У нас существующие готовятся сержанты полгода в учебном подразделении. Мы будем набирать сержанты в школы прапорщиков, будет подготовка осуществляться 1 год, 10 мес. И при высших учебных заведениях открываются факультеты подготовки сержантского состава – 2 года и 10 месяцев. То есть, практически до трёх лет. Представляете, какой будет сержант!
С. БУНТМАН: Надо делать опережающими темпами.
Е. БУРДИНСКИЙ: Вы представляете, сержант, который столько времени подготовился, естественно, он должен получать соответствующий уровень зарплаты. У нас сейчас пока 190 тысяч контрактников. И мы отбираем, нам не нужен мусор, нам нужны люди, которые будут управлять командами, которым мы можем доверять, которым будут доверять призывники, которые сидят слева и справа от меня.
С. БУНТМАН: Ну да, здесь нужен психологический отбор.
А. ЕРМОЛИН: Как Вы считаете, снижение срока службы до 1 года не было ли неким политическим компромиссом, который значительно подрывает способность вооружённых сил готовить качественный личный состав?
Е. БУРДИНСКИЙ: Давайте мы по-другому посмотрим на это. Общество восприняло с энтузиазмом переход к одному году? С энтузиазмом. У нас даже количество уклонистов резко сократилось. Все понимают, что так надо. Тем более, если брать опыт зарубежных государств, во многих государствах проходят службу до одного года. Теперь мы подходим к тому, что нам необходимо молодёжь эту, которая пойдёт в армию по призыву, готовить. Здесь первостепенная задача возлагается на субъекты РФ в вопросах подготовки молодёжи к военной службе. Это должен придти человек, который осознал эту необходимость подготовки к армии, который понимает, зачем он пришёл в вооружённые силы, он должен иметь начальные навыки военной подготовки. Тогда с этим человеком мы за один год вполне сможем добросовестно отслужить.
А. ЕРМОЛИН: И всё-таки, я вернусь к теме профессионализма. Честно говоря, меня удивляет, когда даже генерал армии, отвечая на вопросы о приоритетах, говорит, что приоритет – это социальная политика. Мне кажется, что в вооружённых силах приоритетах должна быть боеготовность. А социальная политика должна быть сама собой, потому что если она правильно выстроена, я имею в виду материальное обеспечение, соответствующие социальные какие-то вещи, это естественно. Но главное – это боеготовность. Как Вы считаете, за один год службы можем мы подготовить настоящего профессионала? Я понимаю, что это зависит… Ну, давайте про морскую пехоту поговорим. В морской пехоте за один год подготовите классного бойца морской пехоты?
Е. БУРДИНСКИЙ: Я думаю, этот вопрос можно адресовать бригаде морской пехоты Балтийского флота, которая в настоящее время направила сюда парадный полк и здесь тренируется. Можно придти и конкретно спросить офицеров и матросов, как они за один год, многие из тех, кто там проходит службу, освоили свои должности и специальности, соответствуют ли они предназначению. Чтобы на практике это было реально. Они на парадной площадке тренируются, готовятся к параду, 9 мая будут участвовать в параде. Я думаю, можно вопрос к ним.
А. ЕРМОЛИН: А давайте десантника спросим.
С. БУНТМАН: Сейчас мы уже не успеем, и у нас Иван будет, первый вопрос мы зададим ему сразу же после кратких Новостей в перерыве нашей передачи. Я напоминаю, что у нас в гостях Евгений Бурдинский. Мы говорим о призыве сегодня. Задавайте свои дополнительные вопросы, успевайте это сделать по +7-985-970-45-45. И последнее я скажу, сегодня идёт в прямом эфире «Эха Москвы», завтра в 11:00 на телеканале «Звезда» выйдет телевизионная версия нашей программы, наша беседа, плюс ещё материалы, собственно телевизионные будут подготовлены. Прерываемся на три минуты.
НОВОСТИ
С. БУНТМАН: Мы продолжаем. Евгений Бурдинский у нас, заместитель начальника второго направления призыва Главного организационно - мобилизационного управления Генерального штаба ВС РФ, генерал-майор, ведут передачу Анатолий Ермолин, Сергей Бунтман, у нас в гостях рядовые Евгений Лохаткин и Иван Арефьев.
А. ЕРМОЛИН: Можно я Ивана попытаю?
С. БУНТМАН: Попытай, конечно. Увидел тельняшку…
А. ЕРМОЛИН: Я хорошо представляю содержание подготовки ВДВ. Иван, скажите, как вас отбирали? Где Вы учились? У Вас высшее образование или Вы со средним?
И. АРЕФЬЕВ: У меня образование 11 классов.
А. ЕРМОЛИН: Сами пошли в ВДВ?
И. АРЕФЬЕВ: Да. В военкомат пришёл сам и потом из распределителя сам попросился.
С. БУНТМАН: Вы осенний призывник?
И. АРЕФЬЕВ: Да, осенний 2008 года.
А. ЕРМОЛИН: То есть, Вы служите 4 года. У Вас за 4 года….
С. БУНТМАН: Месяца. Что ты говоришь-то!
Е. БУРДИНСКИЙ: Ну, каждый о своём…
А. ЕРМОЛИН: Вы учитесь, служите 4 месяца, у Вас есть такое ощущение, что Вы учитесь родину защищать?
И. АРЕФЬЕВ: Да, ощущение есть.
А. ЕРМОЛИН: Что за это время Вы успели освоить из одиночной боевой подготовки. Сколько раз Вы прыгали?
И. АРЕФЬЕВ: У меня уже три прыжка, два прыжка с вертолета МИ-8 восемь один прыжок с ЛА.
А. ЕРМОЛИН: Сколько раз стреляли?
И. АРЕФЬЕВ: У нас стрельбы достаточно часто, раз в неделю.
А. ЕРМОЛИН: По три патрона или больше?
И. АРЕФЬЕВ: Больше.
А. ЕРМОЛИН: В учениях принимали участие когда-нибудь или еще рано?
И. АРЕФЬЕВ: В учениях еще рано.
А. ЕРМОЛИН: Ещё рано, все впереди, но а как вообще есть такое ощущение, что вы действительно служите в настоящем воинском подразделение, вот прошла вот эта перестройка, трудно вообще было перестраиваться с гражданских ритмов на военной?
И. АРЕФЬЕВ: По началу, конечно, было трудно потому что, сами понимаете, войска ВДВ - большая физическая нагрузка.
А. ЕРМОЛИН: Большая – это как? Сколько вы бегаете километров в неделю?
И. АРЕФЬЕВ: У нас зарядка полтора километра бегаем, потом нормативы сдаем по три километра бег, бегаем также пять километров, бывает 10.
А. ЕРМОЛИН: А из технической подготовки что вы осваиваете, кроме огневой?
И. АРЕФЬЕВ: У нас тактико-специальная подготовка.
А. ЕРМОЛИН: Сколько времени, боевая учеба занимает у вас в неделю, из семи суток, сколько реально дней заняты именно боевой подготовкой? Бегаете, стреляете, учитесь минно-взрывному делу и т.д?
И. АРЕФЬЕВ: У нас каждую неделю есть стрельбы и тактико-специальная подготовка, и физическая подготовка.
С. БУНТМАН: Хорошо, у вас есть вопросы?
А. ЕРМОЛИН: Пока нет, просто я бы хотел, чтобы из этих 305 тысяч, каждый бы мальчишка в форме мог ответить примерно то же самое, что говорит Иван, что он занимается реальной боевой подготовкой.
С. БУНТМАН: Занимается делом, хотя тяжелым физически, но ощущение того, что занимается делом, а не какой–то ерундой, вот это самое главное. Как вас приняли, когда призвали, когда попали уже? У вас служат разных лет сейчас, или все одного года призывы, и у вас есть профессионалы наверняка, как у вас отношения сложились с более старшими ребятами?
И. АРЕФЬЕВ: Взаимоотношения у нас в коллективе довольно добрые, то есть каждый готов помочь друг другу, потому что все понимают, что в одиночку сложно, поэтому стараемся держаться группой, вообще в войсках боевое товарищество группы, взаимопомощь. Основные понятия.
С. БУНТМАН: Это всегда было бы хорошо, но бывает что люди разные, разные взаимоотношения. Вот у вас что-нибудь было у вас тяжелое и неприятное, если честно, за первые месяцы?
И. АРЕФЬЕВ: Честно? Нет, не было.
С. БУНТМАН: Хорошо. Офицеры как относятся и как следят, что Вы можете сказать об офицерах самое главное? Кто они вам?
И. АРЕФЬЕВ: Офицеры. Офицеры нам, как родители в армии
С. БУНТМАН: Но строгие. Ведь чего самого главного опасаются? Не физической, не моральной, другой тяжести, а опасаются, что ты попадаешь в какой-то другой мир и не в те взаимоотношения. Вы откуда сам вообще?
И. АРЕФЬЕВ: Из Тюмени.
С. БУНТМАН: И там и призывались, да?
И. АРЕФЬЕВ: Да.
С. БУНТМАН: Ну вот понятно. Здесь нормальный ход, да?
А. ЕРМОЛИН: Да. Это два примера, которые правильные.
Е. БУРДИНСКИЙ: Иван ещё не всё рассказал. Есть у него интересная страничка в автобиографии. Он закончил первый курс Университета.
И. АРЕФЬЕВ: Да.
Е. БУРДИНСКИЙ: И сам захотел взять академический отпуск, в своё время не оформил документы, пришлось ему отчислиться в связи с тем, что он пошёл сам в армию. У него было право на отсрочку. Ему призывная комиссия предоставила это право реализовать. Однако он сам пошёл в армию.
С. БУНТМАН: Вы собираетесь после года продолжать обучение? Или продолжать учёбу, или Вы собираетесь остаться на службе? У Вас как этот баланс в жизни? Как Вы намереваетесь? Или ещё непонятно?
И. АРЕФЬЕВ: Я думал о том, чтобы подписать контракт. Я не хочу строить военную карьеру, но добиться профессионализма в своей профессии я хочу. Я, наверное, подпишу один контракт, чтобы полностью понять свою профессию. Ну и всё.
С. БУНТМАН: Что Вам это даст потом в гражданской жизни? То, что Вы посвятите уже ни один год, а четыре?
И. АРЕФЬЕВ: Три.
С. БУНТМАН: Ну, один плюс три.
Е. БУРДИНСКИЙ: У него засчитывается.
С. БУНТМАН: Ну, три года. Потом Вы вернётесь, и будете… Что Вам это даст, как Вы ощущаете внутренне?
Е. БУРДИНСКИЙ: Он об этом пока не думал. Он определяет свою жизнь на ближайшую перспективу.
С. БУНТМАН: Но мысль это будет – что Вам это даст потом, если Вы не выстраиваете свою военную карьеру. Всё равно, даже отсутствие ответа – это нормально.
А. ЕРМОЛИН: Я бы перешёл от частных историй, спасибо ребятам за убедительные ответы, хотя в то же время я хочу сказать, что здесь два правильных примера, т.е. человек пошёл по специальности в вооружённые силы, и человек пошёл в реальное боевое подразделение, там, где учат реально воевать. Вопрос у меня такого плана. Возвращаясь к высшей школе. А что сейчас происходит, и об этом очень многие слушатели сейчас спрашивают, со студентами? Очень многие переживают, мы перешли на систему баклавариат, дальше возможность получить магистра. Человек заканчивает, получает степень бакалавра, и хочет продолжать свою учёбу дальше.
С. БУНТМАН: И у него получается небольшой зазор.
А. ЕРМОЛИН: И люди боятся, что в этот момент его выдернут из гражданской жизни.
С. БУНТМАН: Так же между школой и ВУЗом может оказаться зазор, если человеку 18.
Е. БУРДИНСКИЙ: Эта проблема актуальна именно для весеннего призыва. До 15 июля приходит призывная кампания, работают призывные комиссии. Если говорить по статистике, то у нас заканчивают школу в 18 лет единицы по всей стране. При этом, когда они проходят призывную комиссию, то у многих появятся основания для того, чтобы не проходить военную службу. Поэтому самое главное – это приходить всегда в военный комиссариат для того, чтобы там определиться уже, будет он подлежать призыву или нет. Это первое. То есть, единицы после школы, поэтому бояться ничего не надо.
И самое главное – решение принимает призывная комиссия. Она учитывает мнение призывника. Его пожелания. Если молодой человек подаёт документы для поступление в ВУЗ, а призывные ресурсы у нас на весну достаточны. Они определяют, если задание у них есть призвать сто человек, а они могут отправить в войска 300-350 человек.
С. БУНТМАН: А здесь как быть? Какое задание? Триста пять тысяч, пятьсот шестьдесят.
Е. БУРДИНСКИЙ: Всего лишь три года назад у нас подлежало призыву 9%, сейчас 17,7%. Практически, за эти 3,5 года мы увеличили в два раза наличие призывных ресурсов.
А. ЕРМОЛИН: За счёт чего?
Е. БУРДИНСКИЙ: Первое – за счёт контрактников. Да, проблема эта существует. Но решение принимает призывная комиссия. Если молодой человек желает поступить, ему предоставляется право поступать. Но осенью он пойдёт в армию, если он не поступит.
А. ЕРМОЛИН: А бакалавр?
Е. БУРДИНСКИЙ: Бакалаврат и магистратура по окончанию, ну, предоставили один раз отсрочку. При поступлении на магистратуру, если он поступит, отсрочка тоже будет. На усмотрение призывной комиссии. Если он после бакалавриата. В 2009 году он заканчивает и поступает в магистратуру. Он пользуется отсрочкой. Если он в прошлом году закончил бакалавриат и в этом будет поступать, ему отсрочки не будет, он подлежит призыву.
А. ЕРМОЛИН: Ну, это логично.
С. БУНТМАН: То есть непрерывность образования соблюдается.
Е. БУРДИНСКИЙ: Всё на усмотрение.
А. ЕРМОЛИН: Так это разные вещи.
С. БУНТМАН: Вот один парень одну важную вещь пишет, который оканчивает первый курс училища. И сейчас он подлежит призыву. Училища не военного, судя по всему профессионального.
Е. БУРДИНСКИЙ: После школы? У него нет отсрочки.
С. БУНТМАН: Первый курс. Отсрочки нет, я понимаю, да. Но вот призыв у нас с 1 апреля по 15 июля. У него единственное чего он хочет – это сдать экзамен за первый курс.
Е. БУРДИНСКИЙ: Ему предоставят эту возможность.
С. БУНТМАН: Он имеет право просить об этом?
Е. БУРДИНСКИЙ: Ему необходимо придти в военный комиссариат, представить документы, что у него идёт сдача экзамена, сессия до определённого числа, это, как правило, до конца июня месяца. От сдаёт все эти экзамены, берёт академический отпуск и идёт в армию. У нас пример как раз, что Иван год закончил и сам пошёл проходить службу. У нас в последнем году мы столкнулись с такой проблемой. Нет, в 2008 году военный комиссариат и мы столкнулись с проблемой. Масса жалоб на то, что призывника не отправляют для прохождения службы. Масса!
С одной стороны мы рады этому, а с другой стороны, вроде как проблема оголилась в том плане, что народ хочет пойти в армию служить, и родители заставляют детей. «Иди, молодой человек, послужи, потом придёшь».
С. БУНТМАН: Это как?
Е. БУРДИНСКИЙ: Мы не можем. Вот есть потребность в военной организации государства, 305560. Столько и уйдёт в войска, не больше и не меньше. А могут пойти, подлежат призыву за 700 тысяч. Даже больше.
А. ЕРМОЛИН: Я хочу вернуться к вопросу, потому что слушатели эти вопросы задают. К тему бакалавр, магистр и похожие на неё. То есть, в конце-концов, ответ звучит так, что всё решает призывная комиссия.
Е. БУРДИНСКИЙ: Совершенно верно.
А. ЕРМОЛИН: По сути дела, мы ничего не отвечаем нашим слушателям.
Е. БУРДИНСКИЙ: Мы говорим в рамках закона.
А. ЕРМОЛИН: В рамках закона, но мне кажется, это неправильно, потому что надо чётко определять как законодательно такие вещи, чтобы люди знали своё право.
Е. БУРДИНСКИЙ: Законодательно определено. Он закончил школу, поступил в бакалавриат, закончил бакалавриат. Хочет магистратуру. Но армию же тоже надо пройти. У него потом ещё будет масса оснований. Поэтому призывная комиссия.
А. ЕРМОЛИН: Мы сейчас слушателям говорим, что у вас оснований продолжить магистратуру законных нет, т.е. я к этому и подвожу.
Е. БУРДИНСКИЙ: Вопрос – уйдёт он в армию или нет, мы не можем сказать. Принимает решение призывная комиссия.
А. ЕРМОЛИН: Но основания для того, чтобы не пойти в армию у выпускника бакалавра нет.
Е. БУРДИНСКИЙ: Подлежит призыву.
С. БУНТМАН: Ещё надо успеть сказать. Нам задавали вопрос. Несколько специальных вопросах об отсрочках и освобождениях от призыва. Здесь говорили о молодых людях, которые имеют уже духовное звание, дьяконы есть. И не очень большое число, совсем малое, молодых священников. Говорили об их освобождении от призыва, и в принципе, проходила информация о том, что соглашение достигнуто на этот счёт. Что Вы об этом знаете, Евгений Владимирович?
Е. БУРДИНСКИЙ: В соответствии с приказом президента предоставлялась отсрочка для священнослужителей по спискам, которые они нам предоставляли. Через правительство эти списки проходили к нам и мы давали указания, что эти граждане в соответствии с указом президента подлежат, имеют право на отсрочку. Призывная комиссия выносила решение. Однако, этот приказ отменён с 2008 года, и все граждане подлежат призыву. Те, кто имел право на отсрочку по этим указам, они так и продолжают пользоваться этой отсрочкой.
С. БУНТМАН: Новые договорённости есть?
Е. БУРДИНСКИЙ: Никаких договорённостей.
С. БУНТМАН: А так же были сведения, что существуют переговоры между… говорил об этом Министр культуры Александр Авдеев, что особо талантливые музыканты, особо талантливые люди художественных специальностей тоже освобождаются от армии. Или какие-то отсрочки получают от армии. Достигнуты ли такие договорённости?
Е. БУРДИНСКИЙ: Закон для всех один. И мы действуем только в рамках закона. Нигде в законе нет, что существует какая-то договорённость одного министерства или другого. Поэтому в рамках закона. Что касается талантливой молодёжи, для нас есть целое Главное управление воспитательной работы, которое регулирует норму для талантливой молодёжи, куда их направлять. Есть Театр Российской Армии. Есть у нас ансамбли песни и пляски. Талантливую молодёжь мы готовы направить туда. Никто из ведущих артистов, кто прошёл службу, не сказалось на ограничении этого таланта прохождение военной службы. Наоборот, дало что-то новое и помогло в становлении.
С. БУНТМАН: Они не будут сокращаться, эти команды, которые существуют в Театре Российской Армии, в других театрах? Потому что как-то очень… Знаете, когда была история со спортсменами, говорили и о Театре Российской Армии. Было много разговоров, что там сокращаются возможности для прохождения службы выпускников театральных ВУЗов.
Е. БУРДИНСКИЙ: Пока нет. Мы готовим все эти списки, что к нам придут из Главного Управления испытательной работы, и направим все в войска. Пока нет.
С. БУНТМАН: Пока всё остаётся, как раньше.
Е. БУРДИНСКИЙ: Тем более, поймите правильно. Без оркестра тоскливо даже будет.
С. БУНТМАН: Нет, это понятно.
Е. БУРДИНСКИЙ: Мы привыкли не то, чтобы к маршам бравурным, это помогает в службе.
С. БУНТМАН: Нет, когда мне задают вопрос, куда может быть призван выпускник музыкального училища, духовик, у меня нет вопросов. Существуют духовые инструменты.
Е. БУРДИНСКИЙ: Ансамбль песни и пляски в каждом округе. Во внутренних войсках тоже, мы готовы и туда направить, они будут там совершенствовать и развивать мастерство.
А. ЕРМОЛИН: Практически каждый из наших гостей употребляет термин «облик вооружённых сил». Я так понимаю, что это некий образ желаемого результата, как мы видим собственные вооружённые силы. Скажите, как Вы себе представляете, в привязке к этому облику, мы будем идти к контрактной армии, т.е. чтобы у нас не было призыва по стране, или у нас будет какой-то гибридный вариант?
С. БУНТМАН: И в каком соотношении?
А. ЕРМОЛИН: Если будет смешанный, то как долго, т.е. у нас есть задача перейти на 100%-ную профессиональную армию. Если есть, то сколько по времени займёт этот переход?
Е. БУРДИНСКИЙ: Такой задачи, чтобы перейти на комплектование по контрактному способу никто не ставил. Такой задачи перед нами не стоит. А вот то, что смешанный принцип, он для России не только на данном этапе, но и в перспективе ближайшей, наиболее оптимальный. Наше государство должно быть надёжно защищено. Примеры прошлого года, события августа, я надеюсь, всем показали. Всегда нам до этого говорили многие политики, что никогда на нас никто не нападёт. В то же время случился вооружённый конфликт.
Что касается мировой геополитики, то же самое, ряд моментов доказывает, что мы остаёмся, нас не слышит Запад и многие государства, свои интересы надо отстаивать. Почему наши корабли, гражданские суда вдруг останавливают в море, позволяют себе досматривать без разрешения нашего, хотя не нарушает ни одно гражданское судно мировые соглашения. И вдруг их останавливают где-то. Почему ущемляются права граждан за рубежом.
А. ЕРМОЛИН: Как это связано с призывом?
Е. БУРДИНСКИЙ: Я объясню. Что касается смешанного принципа комплектования. Контрактников не может себе государство позволить содержать. Надо учитывать экономические возможности государства тоже. Я ещё дальше скажу. Не просто экономические возможности, надо смотреть и историю развития нашего государства. И самое главное, что я хотел бы сказать. Подтверждение своего довода, что должен быть смешанный принцип. Даже на Западе один руководитель в Германии, канцлер Коль когда был, он сказал, что вот это прохождение службы по призыву – это объединяет и цементирует нацию.
С. БУНТМАН: Но какие там сделали условия в той части Бундесвера, которая проходит…
Е. БУРДИНСКИЙ: Так вот, об условиях прохождения мы и должны думать, а не о том, чтобы перейти на контракт. Это не панацея от всех бед.
С. БУНТМАН: Вы упомянули события августа прошлого года. И нам задают вопрос, как могло оказаться, что призванные солдаты по призыву там оказались, военнослужащие?
Е. БУРДИНСКИЙ: Это законодательством не запрещено у нас. Проходят они по указу президента те, кто не менее полугода прошли службу. Поэтому те соединения и части, которые там находились, они и применялись. Это не говорит о том, что все должны быть там по контракту. Именно с этой целью, для ликвидации таких очагов мы и создаём соединения и части, которые комплектуются только по контракту. У нас армия должна быть для чего? Готовить моб. резерв, или выполнять задачи, возложенные на военнослужащих?
А. ЕРМОЛИН: Я думаю, и то, и другое.
Е. БУРДИНСКИЙ: И то, и другое.
С. БУНТМАН: А прежде всего?
Е. БУРДИНСКИЙ: Защита интересов государства прежде всего.
А. ЕРМОЛИН: Как раз с точки зрения защиты интересов государства очень бы хотелось бы, чтобы тема призыва не стала территорией враждебности в отношениях между гражданами и государством. Я думаю, что в этой связи очень важно, чтобы государство подстраивалось уже под другое качество человеческого капитала. Ребятам должно быть интересно. Причём, на двум-трём, не тысяче, а армия должна стать очень привлекательной сферой деятельности. Вот что для этого делается?
С. БУНТМАН: Тяжело, но понятно.
А. ЕРМОЛИН: Вспомните наши времена, когда мы были курсантами. Да мы годами мечтали, чтобы надеть погоны.
С. БУНТМАН: Но вы это выбрали.
А. ЕРМОЛИН: То же самое в массе это было и к вооружённым силам в целом. А сейчас получается, что призыв становится неким обязательным оброком, временным крепостным правом. С этим надо бороться.
С. БУНТМАН: И с толком использовать этот год. Наверное, тем и занимаемся. В частности то, что сейчас вопросы, которые мы задавали и на которые нам отвечал Евгений Бурдинский и отвечали наши рядовые, которые здесь, в студии, Евгений Лохаткин и Иван Арефьев. Я надеюсь, что что-то стало яснее.
А. ЕРМОЛИН: По-крайней мере чёткие ответы на вопросы.
С. БУНТМАН: Ответы вы получили и можно над этими ответами размышлять. Я думаю, что мы будем продолжать разнообразные темы на нашем «Военном совете». Я очень прошу наших слушателей присылать нам новые повороты тем. Не только вопросы по конкретным темам передач, которые мы уже начинаем, уже проводим, но и присылать те направления, которые вас больше всего интересуют в том, чтобы и Министерство обороны и вооружённые силы отвечали на ваши вопросы. Что происходит, что будет происходить, чем будут российские вооружённые силы. Это нам чрезвычайно полезно. Мы очень хотим, чтобы вы принимали участие в наших разговорах. А ведут эту программу Анатолий Ермолин и Сергей Бунтман. Всего вам хорошего. Не забудьте, что помимо «Эха Москвы», где каждую субботу выходит эта программа сразу после 12 часов, на телеканале «Звезда» телевизионная версия этой программы на следующий день выходит, в данном случае завтра в 11 часов смотрите на телеканале «Звезда». Спасибо нашим гостям, спасибо всем.

http://echo.msk.ru/programs/voensovet/582609-echo/


В начало | Новости | Что пишут | Библиотека | Организации | Ссылки | Для призывников | Для экспертов | О сайте | Коалиция | НВП в школе


© Центр развития демократии и прав человека, 2001-2018. Все права защищены
Сайт поддерживается Общественной инициативой «Гражданин и Армия»

Темы: